1839-1860
После ухода Хамбо ламы Данзан Гыван Ешижамсуева его место занял младший брат, имевший 25 лет от роду, но который еще с тринадцатилетнего возраста считался гэбгу ламой в Гусиноозерском дацане, а имея 14 лет, уже получил титул соржо» [Записки …с. 132J.
Бурное развитие сети дацанов, монастырских школ вызвали в этот период необходимость снабжения духовенства и верующих соответствующей литературой. В дацанах развивается книгопечатание. Тамчинский, Цонгольский дацаны — первые из дацанов, где заложено начало книгопечатания.
«До этого на бурятской земле не было цаннидской школы. Учреждение ее в Цугольскам дацане было первым. Все, какие есть в бурятских дацанах школы цаннида имели происхождение только из этого монастыря» /Болотов, 14). «Проникновение лучей драгоценного цаннида во все области этого темного края, в начале в Цуголе основали дацан и собрание лам, занимавшихся изучением цаннида и оберегали их посредством учения и власти… в будущем посредством школы цаннида установится великая практика пользы как общей, так и частной для Учения и живых существ».
На Хамбо ламу Данзан Чойвана Еишжамсуева выпала ответственная и сложная задача проводить в жизнь «Положение 1853 г. о Ламайском духовенстве Восточной Сибири» среди бурятского духовенства. Новые требования тяжело сказались на дацанах и ламах. Хамбо лама, жертвуя малым, прежде всего думал о дальнейшем распространении и сохранении религии и духовенства.
Живя в Селенгинске, Михаил Бестужев вместе с братом Николаем близко сошелся с главой буддистов Хамбо ламой Тамчинского дацана ЕшиЖамсуевым, и настолько увлекся буддизмом, что написал трактат, основанный на трудах других ученых и на собственных наблюдениях в дацанах. Этот трактат он передал своему другу, кяхтинскому купцу Лушникову А. М. Тот завещал вскрыть сундук в 1951 году и так надежно спрятал его в Кяхте, что он до сих пор не найден. Но отголоски этого труда дошли в виде писем Михаила Бестужева сестрам. В 1842 году он писал о встрече буддийского Нового года — празднике Сагаалган — Сара, о поездке в Тамчинский дацан, «где присутствует Хамбо лама, т. е. их митрополит, который мой большой приятель». А брат, Николай смастерил специально для него огромное кресло, в котором гость сиживал, приезжая к Бестужевым в Селенгинск.
О ДАНЗАН ЧОЙВАН ЕШИЖАМСУЕВЕ.
Биографические данные о Хамбо ламе Данзан Чойван Ешижамсуеве разноречивы. Он являлся младшим из трех сыновей младшей сестры Гыван ламы. » Она была замужем за Эрдэни из рода хатагинов «. Чойван и его братья в раннем детстве остались сиротами, и их на воспитание взял родной дядя Гыван лама.
После ухода Гывана Ешижамсуева на должность Главного ламы вновь разгорелись борьба и соперничество трех религиозных центров. Ламы, нойоны и военные начальники Цонгольского прихода выдвинули своего кандидата — ламу Дылачева. Хоринские тайши и ламы добивались возведения в звание Хамбо ламы своего главного соржи ламу Тойндол Суванова и переноса резиденции Хамбо ламы в Хоринские земли, Кудунский дацан. Победа осталась на стороне селенгинцев, иркутский губернатор утвердил Чойвана Ешижамсуева на пост Хамбо ламы, а претендент хоринских родов и духовенства лама Суванов определен его помощником. Таким образом, ламы обоюдно разрешили спорные вопросы, распределив сферы влияния в своих ведомствах.
» Данзан Чойван Ешижамсуев в 1838 году утвержден главным Пандито Хамбо ламой ламаистов всей Восточной Сибири и был снова утвержден его величеством императором Николаем в 1855 году и удостоился диплома». |там же. с. 16].
«Забайкальское областное управление. Отделение 1.12 августа 1854 года, N* 3549 (С приложением Высочайшей грамоты). Главному Ламе Монголобурятского Духовенства Пандито Хамбо Ламе Чойван Ешижамсуеву.
Получив от Господина Председательствующего в Совете Главного Управления Восточной Сибири данную Вам в 3-й день 7 июня сего года за собственноручным Его императорского Величества подписанием Высочайшую Грамоту на звание Пандито Хамбо Восточной Сибири, честь имею препроводить ее при сем к Вам Милостивый Государь и покорнейше просим в получении ее почтить меня своим уведомлением. Военный Губернатор генерал-майор Запольский» [НАРБ.ф. 84. on. 1, д. 128. л. 1].
Высочайший диплом лично вручил Хамбо ламе Чойван Ешижамсуеву генерал Забайкальского казачьего войска Запольский, который приехал специально по тому случаю в Тамчинский дацан. Главное управление Восточной Сибири, основываясь на установленном в Положении параграфе 12, что «Пандито Хамбо лама по получении утверждения в должности приводится к присяге по обряду ламайской веры в Тамчинском дацане», распорядилось приводом его к присяге на верность службе в названном дацане торжественно в присутствии губернатора, лам, родоначальников инородческих ведомств, и по исполнении этого обряда на монгольском языке присяжный лист представило в Правительствующий Сенат» (Вашкевич, с. 54]. В честь такого знаменательного события в Тамчинском дацане состоялись торжества с участием множества гостей».
Во времена Данзан Чойвана Ешижамсуева строительство дацанов значительно сократилось, но развитие бурятского буддизма находится в самом расцвете. Благодаря Данзан Чойван Хамбо ламе было заложено начало религиозной мистерии Цам в бурятских дацанах. Переводчик из Тамчинского дацана Дамба Вамбуев, владеющий несколькими языками, отправляется в Санкт-Петербург и по поручению Хамбо добивается разрешения на проведение ритуала Цам у царя Александра Михайловича. В Национальном архиве сохранилось дело «О выборе отставного переводчика Дамбы Вамбуева уполномоченным для подачи царю Александру Михайловичу ходатайства о решении религиозных вопросов».
Высокий потенциал ученых лам среди бурятского духовенства позволил открыть свои философские школы (цаннид). В 1846 году чойру начинают изучать в Цугольском дацане в традиции Гунчен Жамьян Шадбы. Основателем знаменитой Цугольской философской школы является Досточтимый Лама Лопсан Чойбсан.
«До этого на бурятской земле не было цаннидской школы. Учреждение ее в Цугольском дацане было первым. Все какие есть в бурятских дацанах школы цаннида имели происхождение только из этого монастыря» [Болотов. 14|. «Проникновение лучей драгоценного цаннида во все области этого темного края, вначале в Цуголе основали дацан и собрание лам, занимавшихся изучением цаннида и оберегали их посредством учения и власти… в будущем посредством школы цаннида установится великая практика пользы как общей, так и частной для Учения и живых существ» |там же. с. 17J.
«Он достоин поклонения и все складывают руки перед ним
Взрастившим основу драгоценной Дхармы в этом краю. Установив законы Дульвы, они впоследствии были подходящим
К деяниям трех основ, суть смиренного, сокровищницы Учения.
Украшает постоянно голос доводами и предписаниями силой памяти.
Из озера Дхармы, когда говорят: «Здесь новая Наланда» с радостью собираются пчелы счастливцев, стремящихся к меду чистой школы. Основанной на озере лотосов Учения, у берега северной реки Ганга»
В Тамчинском дацане школа чойра будет основана во времена Хамбо ламы Ванчикова, в 1860 году.
Бурное развитие сети дацанов, монастырских школ вызвало в этот период необходимость снабжения духовенства и верующих религиозной литературой. Дорогостоящий ввоз религиозной литературы из Монголии, Тибета не мог удовлетворить растушую потребность. В связи с этим в дацанах развивается книгопечатание. Тамчинский, Цонгольский дацаны — первые из дацанов, где заложено начало книгопечатания. «В реестре книг на монгольском языке, составленном в 1820 году Хамбо ламой Ешижамсуевым по запросу М.М. Сперанского, значится книга «Dara eke-yin qorin nigen murguel», напечатанная красной краской в Тамчинском дацане. В дневниковых записях О.М. Ковалевского отмечено: «типографские доски хранятся у высшего духовенства при Тамчинской, Цонгольской кумирнях для печатания нужного количества экземпляров». [Галданова, с. 74J. Развитая издательская деятельность бурятских дацанов свидетельствовала о высокой образованности бурятского духовенства. В одном Тамчинском дацане издавалось 97 наименований богословской литературы на монгольском, тибетском языках.
О бурятских дацанах и ученых ламах в Забайкалье известно далеко за его пределами. В эти годы Забайкалье и Тамчинский дацан привлекают к себе особое внимание правительства, правительственных чиновников, ученых и разного рода исследователей- путешественников. Здесь побывали известный лингвист Кастрен, англичанин Остен и т.д. Для ревизии «Во времена Чойван Хамбо ламы по указу императора генерал-граф Дисанто Алтаеунта, а в 1835 году генерал-адъютант Чибкин прибыли в Кяхту. Первый отправился в бурятские улусы и Тамчинский дацан, второй генерал, Чибкин, из Селенгинска поехал в резиденцию Хамбо ламы, проявляя интерес к религии… В 1840 году по поручению императора ревизор генерал Черкасов и с ним камер-юнкер Львов посетили Тамчинский дацан, интересуясь влиянием религии на благосостояние народа» [Ломбоцыренов, 125J. Слава о Тамчинском дацане распространилась далеко за его пределы.
В 1848 году для сбора подробных сведений о буддийском духовенстве в Восточную Сибирь командирован чиновник департамента военных дел Левашев. Он в результате своих «расследовании» сделал вывод, «что ламаизм не обременителен для бурят, поэтому все можно было бы оставить в прежнем положении, если не близость границы и влияние заграничного духовенства* [РГИА. ф. 821. он. 133. д. 408. лл. 40-57|.
На Хамбо ламу Данзан Чойвана Ешижамсуева выпала ответственная и сложная задача проводить в жизнь «Положение 1853 г. о Ламайском духовенстве Восточной Сибири» среди бурятского духовенства. С 1854 года его жизнь и деятельность проходит в многочисленных поездках по подведомственным дацанам с целью привести штаты лам в соответствии с новым указом. Проводится огромная работа по составлению списка духовенства. В частности, в Баргузинском дацане по «Положению 1853 г.» он в докладной отмечает, что 53 ламы «из 35 штатных лам оставил ламами 8 человек» (Сахаров, с. 184). Новые требования тяжело сказались на дацанах и ламах. Ламы с печалью в сердце оставляли дацаны, повинуясь приказу правительства. Конечно, в такой сложной ситуации было и непонимание со стороны некоторых духовных лиц. Хамбо лама был вынужден пойти на крайние и жесткие меры. Жертвуя малым, он прежде всего думал и действовал о дальнейшем распространении и сохранении религии и духовенства.
1859 год. 23 марта Хамбо лама пишет своему другу М.А. Бестужеву записку, где убедительно просит сообщить ему, кто пишет на него жалобы начальству.
Активная общественная деятельность Хамбо ламы неоднократно поощряется и награждается губернской властью. В архивах г. Улан-Удэ, г. Читы сохранились материалы «О сборе добровольных пожертвований, собранных ламством и инородцев для отправления в Пекин российской духовной миссии скота разного рода и прочего: сентября 20 1848 г.» [НАРБ. ф. 84. on. 1. д. 77. л. 43|. В общем по списку было отправлено верблюдов 30, лошадей — 97 и прочего от всех дацанов, лам и инородцев.
«Лама Данзан Чойван Ешижамсуев 21 год занимал должность Пандито Хамбо ламы. В ноябре 1859 года он отправился по просьбе лам в Гэгэтуйский Сартульский дацан для участия в религиозной церемонии. Он не доехал до того места. В пути остановился в Иройском дацане, где скоропостижно скончался. Останки тела были привезены в Тамчинский дацан. Рядом с дацаном был построен небольшой сумэ, в котором и был погребен. Имел награды от царя: золотую медаль первой степени с Аннинской лентой для ношения на шее, орден второй степени, украшенный драгоценными камнями. Он умер до того, как получил чин советника III класса» [Бурятские летописи, с. 130J. В биографии Цаннид ламы Лобсан Чойбсана записано: «В 1860 году высший Защитник Учения и живых существ Пандито Хамбо лама Данзан Чойван Дорже направил мысль в другую сферу реальности». (Болотов, с. 31).
Н.Бадмаринчинов.
